Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

почитайте меня

Эксперт Online

Косынка и каре

Косынка и каре

Правда в том, что айфон сожрет все. Он съест три земных шара мотков колючей проволоки, съест ротвейлеров и аниматоров, он проглотит, даже и не поморщившись, нравственное-патриотическое воспитание, и в ту же пасть уйдут громкая музыка, ожидание Чуда, бейсбольные биты и зикр у торгового центра, охранники, гороскопы, и даже Сережа Есенин — не мертвый поэт, разумеется, а вечно живой бог любой пригородной электрички — даже он в свое время провалится в жадное чрево айфона, исчезнет в обнимку с телевизионными новостями, коврами и золотыми зубами. Бранч одолеет славян.

к переговорам в тегеране

             
Вот это чудесное стихотворение, которое правильно было бы учить наизусть в каждой русской средней школе в качестве обязательной поэтической политинформации: 

Жестоковыйные горные племена!
Все меню -- баранина и конина.
Бороды и ковры, гортанные имена,
глаза, отродясь не видавшие ни моря, ни пианино.
Знаменитые профилями, кольцами из рыжья,
сросшейся переносицей и выстрелом из ружья
за неимением адреса, не говоря -- конверта,
защищенные только спиной от ветра,
живущие в кишлаках, прячущихся в горах,
прячущихся в облаках, точно в чалму -- Аллах,

видно, пора и вам, абрекам и хазбулатам,
как следует разложиться, проститься с родным халатом,
выйти из сакли, приобрести валюту,
чтоб жизнь в разреженном воздухе с близостью к абсолюту
разбавить изрядной порцией бледнолицых
в тоже многоэтажных, полных огня столицах,
где можно сесть в мерседес и на ровном месте
забыть мгновенно о кровной мести
и где прозрачная вещь, с бедра
сползающая, и есть чадра.

И вообще, ибрагимы, горы -- от Арарата
до Эвереста -- есть пища фотоаппарата,
и для снежного пика, включая синий
воздух, лучшее место -- в витринах авиалиний.
Деталь не должна впадать в зависимость от пейзажа!
Все идет псу под хвост, и пейзаж -- туда же,
где всюду лифчики и законность.
Там лучше, чем там, где владыка -- конус
и погладить нечего, кроме шейки
приклада, грубой ладонью, шейхи.

Орел парит в эмпиреях, разглядывая с укором
змеиную подпись под договором
между вами -- козлами, воспитанными в Исламе,
и прикинутыми в сплошной габардин послами,
ухмыляющимися в объектив ехидно.
И больше нет ничего нет ничего не видно
ничего ничего не видно кроме
того что нет ничего благодаря трахоме
или же глазу что вырвал заклятый враг
и ничего не видно мрак

Бродский, 1992.