Category: спорт

Category was added automatically. Read all entries about "спорт".

текст


Так возблагодарю же Тебя, Господи, за то, что я не такой. За то, что я – не начальник по связям с общественностью управления по строительству олимпийских объектов. За то, что я не ответственный за лицензирование, недропользование и административно-хозяйственную работу, не синодальный чиновник и не сторонник введения смертной казни, цензуры и физкультуры. За то, что я никогда не потребую ни обязательного выявления гашишинов и опиумокурильщиков среди студентов, ни побиения плиткой работников вип-досуга, ни создания законодательной базы для чего бы то ни было. Благодарю Тебя, Господи, за то, что я не из налоговой, хоть я и мытарь.

http://www.izvestia.ru/news/521923

написал "общественно-политический" текст


...
И наконец, самое главное. Российская Федерация времен моей молодости стала первым государством, первой системой власти в русской истории, которая всецело предоставила каждому, кто жил под условным ее попечением, право свободного выбора между добром и злом. Прежде, в эпоху имперскую или советскую, степень моральной настойчивости начальства могла различаться, но безусловным и неприкосновенным оставался тот идеал, тот романтический пафос, во имя которого, в первую очередь, и только во вторую – ради корыстного интереса, бесконечному количеству несчастных людей следовало сниматься с места и - приступать к освобождению Константинополя или распространению пролетарской революции, брать Париж и Берлин, воевать в Индии и в Анголе, строить в чистом поле заводы, а на болоте – столицу, иными словами, задачей их жизни становилось воплощение казенной мечты о прекрасном, казенных представлений о моральном и должном, и в данном случае несущественно, нравятся нам эти представления, или же мы их презираем. Власть неизменно претендовала на то, что знает истину: медный всадник вечно был прав, а Евгения было жалко, но и не более. И вдруг – все пропало.

Оказалось, что всякий человек волен сам выбирать, как ему жить, и ограничен он отныне лишь теми естественными драматическими пределами, которые существуют когда угодно и где угодно – старостью и смертью, бедностью и одиночеством, глупостью и страхом, любовью, в конце концов. Выяснилось, что государство совершенно отошло от человека, оставило себе лишь гоголевско-щедринскую территорию для придирок и воровства, но цельный замысел о человеческой жизни, та жертва, которую человек должен был приносить государству во имя его, государства, нравственного и эстетического величия, - их больше никто не требовал, и никому больше не было дела до того, как устраивается жизнь вне начальственного кармана. Писал ли кто-то тысячестраничную эпопею, или гонял официантов, или молился Богу, или строил «олимпийские объекты», или эмигрировал в Новую Зеландию, или вовсе не выходил из дому, или пил каждый день по литру, или доживал до правнуков, или раз в год наряжался в кольчугу и делал вид, что участвует в Ледовом побоище, – все это стало равно возможным, и равно безразличным для тех, от кого что-то зависело. Всадник отвернулся и поскакал в другую сторону, вероятно, по направлению к олимпийским объектам; Евгений испуганно посмотрел ему вслед, но затем пришел в себя и поехал жениться на Параше – не на той, так на следующей, - арендовав белый лимузин, а потом, взяв кредит, устроил ей и себе приют смиренный и простой, и не было, не было никакого хладного трупа у порога, они оба и теперь еще живы, хоть и старше меня, и Параша все время орет на него за то, что он забывает, куда положил пульт от телевизора. Внуки их похоронят, а про мощного властелина судьбы все забыли.


ад и его новости


Был сейчас на вечере Кантора, встретил там Олю Тимофееву - ну и, в порядке светского разговора, говорю ей:

- Букера-то, я считаю, надо давать этой, ха-ха, сумасшедшей графоманке из Вологды, как ее там...

Пришел домой - а тут пожалуйста.

Все-таки степень неадекватности так называемой "литературной публики" уже давно такая, что их всех пора увозить в больничку.

При этом, как только образуется какая-то премия от этой публики независимая, так сразу все в порядке - как с Басинским и "Большой книгой".

А это, конечно, больные люди.

Ну и насчет футбола.

Ясно, что спорт - это одно из немногих пространств первого мира, где господствуют отношения мира третьего. Типа: наркотики, бордели, спорт...

Отсюда и успехи РФ в проведении чемпионатов и олимпиад.

Это все связано с тем простым фактом, что туда - можно "занести". В другие места нельзя, а вот туда - можно.

Е.б.ж. в 2018 году - нужно будет куда-нибудь из Москвы уехать.

do you have a boyfriend, Sherlock?


Подумал о том, что если абсолютным видовым признаком восточного и народно-патриотического мужчины является золотая цепочка, то ровно таким же видовым признаком мужчины западного является шарфик (не футбольный, разумеется, предупреждая встречную реплику).

Шарфик - это основа мужской западной цивилизации, какой она дана нам сейчас. Базовая либеральная ценность, если угодно.

Слава шарфику.

я их ненавижу

                               
Спортивные болельщики - это быдло, которому нужно разбивать головы мотыгами.

Вы уж меня извините, но я ненавижу эту орущую, вопящую, гудящую мразь. Откуда они все взялись, эти спортивно-патриотические гады?

Ведь в девяностых их не было! ИХ НЕ БЫЛО.

А теперь эта падаль поналезла и дудит, дудит, орет, вопит.

Господи, что же делать-то с этим омерзительным спортом, а? За что это все?

Что делать с этой ненавистью? Как мне с ними жить? Я не хочу, чтобы эта мразь, которая "болеет за Россию", оккупировала центр Москвы.

Что нужно сделать, чтобы они исчезли все, со своим спортом и патриотизмом, а?

окнов, козлов и мотыльков поехали на охоту

Мир праху полномочных представителей и прочих сгинувших чиновников, однако я должен признаться, что не считаю охотников вполне людьми. Скорее, промежуточными какими-то существами, вроде василисков или мандрагор.

В табели о рангах Ада, какой она мне видится, охотники, конечно, сильно уступают наркоторговцам, нацистам или идеологам "либеральных реформ", однако идут вполне уверенно, далеко опережая футбольных болельщиков или изготовителей "эстрады и юмора".

В самом деле, кем нужно быть, чтобы убивать для удовольствия, развлечения ради?

Развлечений "мужских" и "народных" достаточно, и все они - так или иначе Зло, и заслуживают уничтожения, но - одно дело водка, футбол и телевизор, и совсем другое - пальба.

Так и видишь этого охотника - краснолицего, полного мужика, "крепкого хозяйственника", тяпнувшего на холоде и теперь старательно целящего в "дичь".

- Михалыч, смотри, смотри, вон она!

На них бы самих поохотиться.

Как в 1917-м. Как в 1991-м.