Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

странно


Внимательно прочитал Закон о возвращении, обнаружил там нечто совершенно абсурдное.

В пункте 4а написано:

(а) Права, предоставляемые еврею в соответствии с этим Законом, и права нового репатрианта, в соответствии с Законом о гражданстве (1952 г.), а также права нового репатрианта, предусмотренные другими законодательными актами, предоставляются также детям и внукам еврея, его супруге/супругу, супругам детей и внуков еврея. Это положение не распространяется на евреев, которые по собственному желанию перешли в другую религию.

(б) При определении права члена семьи еврея на репатриацию в соответствии с пунктом (а) настоящего параграфа, не имеет значения, жив ли сам еврей, а также от того, репатриировался ли он в Израиль.

(в) Ограничения и условия, установленные в отношении еврея или нового репатрианта настоящим Законом, или на его основании, или другим законодательным актом, указанным в пункте 4а, распространяются также на лиц, претендующих на права, указанные в пункте (а).


Итак, если еврей "перешел в другую религию" - он теряет право на гражданство.

Из пункта в при этом вытекает, что и члены семьи еврея, "перешедшие в другую религию" (вот как девочка Алина Милан), теряют право на гражданство.

НО.

Каким образом члены семьи еврея могут перейти в другую религию?

Ведь они никогда не были иудеями. Они не были евреями. Они - изначально "вне". Как они могут оставить то, в чем не состояли?

Недоумеваю.

и еще раз о морали


Ужас в том, что и прелюбодеяние - далеко не всегда бывает грехом, если вдуматься.

У меня случались в жизни замужние женщины, и никогда в этом не было никакого "падения в бездну" из 19-го века.

Это были просто женщины, которые давно и прочно разлюбили своих мужей.

А когда человек кого-то разлюбил, если нечто мертво - то о чем говорить, чем тут возмущаться? Пустота - она и есть пустота. По отношению к пустоте затруднительно "преступить роковую черту".

Зато у меня была, например, в жизни история, когда я совершил в чистом виде духовное преступление.

И ее полезно рассказать - не только для того, чтоб показать, что либеральные взгляды на мораль - это не самооправдание (как думает, например, Е.С.Холмогоров), но и чтобы проиллюстрировать простой тезис: мир, и в том числе мир зла и греха - бесконечно более тонкое и сложное дело, нежели "самые простые решения".

Итак, у меня был друг. У друга была женщина. Женщина была замужем за неким третьим лицом.

Замужество это по какой-то причине не получилось, а она была дама православная (да-да!) и весьма экзальтированная, а тут еще роман с этим моим другом. Словом, страсти бушевали.

И в некоторый момент - будучи, видимо, в поиске третьего пути между любовью и постылым браком, - она этаким неожиданным "душевным изгибом" подбила меня на то, чтобы с ней переспать.

А лет мне было мало, я мало чего знал и понимал, и поддался.

И вот это было настоящее духовное преступление с моей стороны.

Причем по отношению к ЛЮБОВНИКУ, а вовсе не к мужу, которого в моей истории вообще не было.

Я, поддавшись пламенной женской дури, а также дури собственной, малолетней, влез со своей "случайной связью" в чужую любовную драму, туда, куда с этим лезть ни в коем случае нельзя было.

Женщина эта, конечно, ничем меня не прельщала. С другом этим, конечно, мы навсегда рассорились.

И вот это был грех.

Это, а вовсе не формальная схема "она замужем, а я с ней сплю".

Потому что здесь имело место наплевательство на живые, подлинные чувства - вот этого моего друга. А вовсе не связь как таковая и штамп в паспорте как таковой, часто вообще ничего не значащий.

Эх. Сейчас вспомнил об этом - и грустно стало. Хотя, казалось бы, столько лет прошло.

Но настоящий грех - он никогда не перестает о себе напоминать.

как всегда, о морали


Голышев продолжает интересно и много писать о "христианстве и сексе", и я попробую сформулировать, что я все-таки думаю на этот счет - а там посмотрим, совпадем ли мы с ним.

Разумеется, высшим достижением человека является состояние, когда "межполовые отношения" ему уже вообще не нужны, когда любовь перерастает всякую биологию.

И, разумеется, правильный "средний путь" заключается в том, чтобы жить в семье, основанной на взаимной любви.

Но.

"Спорный" мой тезис сводится только к тому, что если с 1-м и со 2-м по каким-то причинам не получается - нет греха в биологической и сексуальной жизни как таковой.

Ну, увлечения. Ну, связи. И, собственно, что с того?

Грех - там, где есть "духовное преступление". Духовное преступление - там, где есть любовь. А если ее нет?

Я думаю, что если ее нет, то и говорить не о чем. Легли-встали. Поели - в туалет сходили. Поувлекались - остыли. Это может быть "замечательно", а может быть "никак", но решительно никакого зла я тут не вижу.

А вот в желании любителей "традиционного общества" навязывать определенный "благочестивый образ жизни", и неважно, есть ли за ним нечто сущностное, зрелым человеком избранное, прочувствованное - или нет, - вот в этом фарисействе зло явно присутствует.

Иными словами,

чувствуешь в себе монашество - будь монахом.
любишь, любим и хочешь верности - вперед, в семью.

Но если ничего этого нет, то не стоит насаждать "мораль", в которой нет Духа, и "семейные ценности", в которых нет любви.

Тогда надо по принципу из БГ: "Некоторые женятся, а некоторые - так".

Это самое "так" - чаще всего пустое, конечно, и бессмысленное, как бутерброд с колбасой в буфете (а иногда даже и волшебное - мир ведь бесконечно шире "форматов", бывают и буфеты такие, что зайдешь на 5 минут - а там счастье), но уж никак не греховное.

рецепт кока-колы

               
Более серьезный сюжет, однако, другой: уже на четвертом (вот ужас-то!) десятке лет я так и не понимаю, в чем секрет взаимной любви. 

Это для меня такой же вопрос, как для России в целом - всеобщие, равные, тайные, прямые и честные выборы - нечто почти фантастическое.

Есть три варианта, которые я хорошо понимаю: 

- один любит, а другой позволяет и пользуется

- любят оба, но у одного "внутренние проблемы" и "органическая невозможность открыто проявлять чувства", в силу чего у другого появляется пространство для терзаний, сомнений, переживаний.

- любят оба, но есть большие внешние проблемы, будь то география, семьи, алкоголизм, etc.

А вот когда любят оба, причем одновременно, сильно, открыто и счастливо - я такого никогда не видел и не чувствовал. 

"Как это делается" - непонятно.

марксизм и секс

                             
Забавная тема, о которой уже приходилось писать; однако же, не могу отказать себе в удовольствии лишний раз подумать о таких смешных вещах. Есть такой известный факт: сексуальное поведение человека, уникальное и непостижимое, как ему кажется, часто зависит от его социальных, классовых даже координат, и - оно сильнейшим образом меняется, когда мы переходим с этажа на этаж. Особенно это касается женщин: мужчины, в силу своей известной биологической полигамности, почти не озабочены вопросом "можно или нельзя?", у них, за вычетом случаев глубокой веры в Бога или в семью, имеется только "хочу - не хочу". А вот у женщин "правила дорожного движения" в постели действительно имеют значение. Что будет, если определить эти правила социально?

На уровне крестьянского "мiра", традиционной общины, явно правит принцип "пока молодая, гуляй, а вот семью и хозяйство не трожь". То есть реальное деревенское поведение в юности мало обременено "моралью", а сеновалы неофициально разрешены, заманчиво-липкие иллюстрации чему можно найти хотя бы у Бунина. Однако же, обязательное замужество, рождение 12 детей, сохранение семьи любой ценой и охрана "добра" в имущественном смысле слова ставят большие преграды свободе в зрелости. Связано все это, разумеется, с натуральным хозяйством. Пока "девка" живет в родительской избе, ее похождения - в сущности, ее дело. Но, зажив собственным домом, она уже не имеет права на "разгул страстей", особенно если он угрожает тому, чтобы поставить детей на ноги и приумножить хозяйство. Да и мужик, хоть и "подгуливает" иногда, но уходить от жены не моги. В общем, деревня - это молодежное блядство и крепкая зрелая семья.

А теперь перейдем из избы в пятиэтажку. В мещанском, мелкобуржуазном мире "половая мораль" полностью переворачивается. Юность с бунинского сеновала перемещается на щипачевскую скамейку, где положено романтически томно вздыхать, а не брать рупь с барина за непотребство. Добрачные годы делаются по-мусульмански строгими - если не на практике, то в декларациях ("Я тебе не какая-нибудь такая"). Напротив, зрелый возраст, когда муж (объелся груш) поднадоел, дети выросли из младенческого состояния и ушли в школу с продленкой, а первые признаки увядания уже проявились со всей драматичностью, оказывается неожиданно фривольным, свободным, иногда даже прямо развратным. Если эротический ангел избы - "комнатная девушка", едва вышедшая из несуществующего в деревне лолитизма, то Эммануэль блочного дома на окраине - наоборот, этакая героиня артистки Мордюковой, "управдом - друг человека". Дело, скорее всего, в том, что молодость в мещанском и люмпенском мире города ничем не защищена, открыта всем ветрам. Никакого "кулацкого хозяйства" батюшки с матушкой за ней нету, батюшка пьяный лежит в коридоре и под себя ходит, а матушка со смены приходит еле живая. Поэтому очень важно "блюсти себя", "завоевать уважение", иначе ни замужества тебе, ни репутации, ни работы, "проституткой станешь". А вот после 30 - там другое, благополучие городской женщины, однажды с трудом достигнутое, уже не завязано ни на полевой работе мужа, ни на 12 детях, оно самостоятельное и вполне себе боевое, с 9 до 6 с перерывом на обед и непременное "ушла на базу". Чего сама добилась - то и имеешь. Поэтому теперь можно и расслабиться, погулять, "мужика завести", задержать молодость. Итак: мещанство - это молодежная строгость и приключения зрелости.

Поднимаемся на этаж выше. Здесь нас ожидает образ жизни людей, которых в России никогда не было, зато они были и есть в счастливых заграницах. Это "настоящая буржуазия". И опять поворот на 180 градусов. Буржуазная молодость, которую полагается проводить отдельно от родителей, на кампусе университета из Ivy League, обязательно должна быть буйной и неприличной. Будущие президенты курят траву и купаются пьяными в фонтане, девушки, чьи родители "стоят много миллионов", в полубессознательном виде удаляются в кусты со звездами бейсбольной команды, "кайфуют, кайфуют все", как говаривал в одном из своих фильмов С.А.Соловьев. Неважно, насколько часто все это веселье происходит в реальности - важно лишь то, что культурный миф зацементировал его намертво. За иллюстрацией - ну, хотя бы к Тому Вулфу и замечательной его "Шарлотте Симмонс". А вот когда буржуазные дети вырастают - все, малина кончилась. Строгие диетические жены, брачные контракты, пуританский кодекс публичного поведения, никакого секса. Будете плохо себя вести - кончите как Элиот Спитцер, в плохом смысле слова "кончить". Обьясняется все это тем, что в условиях обеспеченной юности будущий буржуй имеет право на "расслабон" и "повидать мир", покуда от него еще не зависит управление семейным имуществом и бизнесом. Когда же он это управление получит - в условиях строгой буржуйской юстиции любые неосторожные приключения грозят ему утратой дензнака. Поэтому лучше не рисковать. Словом, буржуазность - это опять молодежные блядки и крепкая зрелая семья. 

И наконец, аристократия - и еще один поворот. Аристократическая юность, конечно же, по-тургеневски и джейностиновски целомудренная. Целомудрие, правда, соблюдается не на щипачевской скамейке, а в усадебной беседке, "у старого дуба", но "нельзя" - оно же везде нельзя, и красота не поможет. За фасадом этой строгости частенько проглядывают, гм-гм, однополые отношения, но они так умело задрапированы в "милую (вар. - мужскую) дружбу", что, в общем, ничего и не видно. Зато аристократический "возраст" превращает Тургенева в Баркова, начинается разнообразное "княгиня жила в разъезде с мужем" и прочее "будуарное". Ясно, что "Тургенев" связан с необходимостью выстроить прочную репутацию перед вступлением в церковный брак и получением наследственно "выгодной партии". Ну а затем, ввиду того, что в дворянском мире развода практически нету, а имущество не является заботой адвокатов и живет в неподвижном феодальном раю, наступает момент, когда "дело сделано", брак заключен, наследник родился и разрешается "отдаться неге". То есть, аристократизм - это снова молодежная строгость и приключения зрелости.

Ну а как же интеллигенция? А интеллигенция гуляет, когда сама хочет и может. Ее самосознание утонуло "в мире идей" и не связано с собственностью, она свободна, как неуловимый Джо. Хочет - живет прогрессивной жизнью со своей Верой Павловной, расхочет - дает клятву вечной моногамной любви, уходит в схимники или старые большевики. И никакой у нее нет морали, одна сплошная нравственность. А хитрость с нравственностью в том, что она, в отличие от морали, не поддается классовому анализу и есть дело глубоко интимное.   

семейный вопрос

А вот интересно - существует ли в природе такое явление, как сексуально прочная семья?

Именно сексуально, речь не идет о любви или хозяйстве.

Именно прочная, я имею в виду браки, длящиеся уж точно больше, чем три-пять лет.

Именно семья, то есть нечто, изначально не вполне свободное и (до какого-то момента) моногамное.

Мне вот отчего-то кажется, что это невозможное дело. 

Точнее, возможное, но - в силу разного рода ограничений, внутренних проблем, табу, вплоть до страха Божьего, страха разоблачения и страха, что "я никому не нравлюсь".

Если же забыть об этом - то мне сложно представить себе искреннее, добровольное, свободное и абсолютное сохранение буквальной верности кому-то более, чем на несколько лет. 

Человек так устроен, что все эти его хваленые "сексуальные ощущения" страшно быстро приедаются. И если даже не "страшно быстро" - все равно постель исчерпывает себя не завтра, так послезавтра.

Каждый раз, когда я читаю пошловатую сцену в популярном романе - "Джек и Мэри были женаты уже двадцать три года, но и теперь, когда он положил руку на ее грудь, он почувствовал...", я чувствую какую-то особенную фальшь, по сравнению с которой даже дальнейшее нашествие инопланетян кажется вполне себе "критическим реализмом". 

Не могу понять, как можно кого-то хотеть черт знает сколько лет подряд. Любить - несомненно, но секс - причем тут он вообще?
 
Так что же, разводиться? Нет. Терпеть? Тем более.

Правильный выход из всего этого, как мне кажется - что-то вроде "английского брака". 

Любовь, хозяйство, сохранение (если нужно) внешних приличий, но - своя жизнь у каждого. 

Да, этот вариант по-своему драматичен, но все прочее - уж точно изощренное мучительство.