Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

антианти


Не пойму, с чего все так ополчились на Тамару Катаеву.

Ну да, она хамит, и даже очень, да, синтаксис дурной, местами впадает в пустословие, возможно, где-то перевирает матчасть и т.п. Но - очевидные литературные способности. Но - страсть, страсть.

300, а то и больше страниц разоблачать первую жену Пастернака, да так, чтоб эту бесконечность вообще хотелось осваивать - уже изрядно.

Она, конечно, плохая женщина, но она талантливая женщина.

насчет известий


1. Арам Ашотович Габрелянов человек безусловно блестящий.
2. Но страшный, как и положено Карабасу-Барабасу.
3. Вместе с тем, уволенным людям нужно платить выходное пособие.
4. Безотносительно их приверженности либеральным ценностям.
5. И очень хорошо, что его заплатят.
6. А Малютин хороший.
7. Мостовщиков же совершенно невыносимый.
8. Что же до газеты "Известия", то она была полным говном очень давно.
9. Хорошей она была при М.М.Кожокине лет 10-12 назад. Даже отличной.
10. И кто знает, может Арам Ашотович как-нибудь ее возродит.
11. Хотя вряд ли - он умеет показывать совсем другой фокус.
12. Вот я бы точно мог ее возродить, я типичный Бухарин.
13. Я бы печатал там стихи на первой полосе, да и вообще тексты не хуже, чем те, что были в двадцатых-тридцатых.
14. Но я бы не смог зарабатывать для нее деньги, для прекрасной газеты со столетним брэндом нужно дотации, это памятник, а не ларек.
15. Но этого никто не понимает и не поймет.
16. А вот Арам Ашотович, может, чего и заработает. Он умеет.
17. Хотя понятно, какой ценой.
18. И еще очень жалко старое здание, коридоры, кабинеты.
19. Ненавижу мерзкие офисные опенспэйсы, все эти муравейники и клоповники.
20. Сидеть надо торжественно и широко.

Вот как-то так, пожалуй.

по мотивам выходных


I.

Чудесно, что Захар Прилепин получил Супернацбест и 100 тысяч долларов, ибо он 1. замечательный писатель 2. действительно написал главную книгу 2000-х 3. в которой, к тому же, дал единственно значимого героя десятилетия.

Ну а то, что премия формально присуждена не за эту книгу - это все-таки технические обстоятельства.

II.

Сексуальные меньшинства - ровно так же, как и верующие, либералы, байкеры, нашисты, etc., - имеют право на публичное выражение своих чувств при условии, что 1. это выражение будет мирным и 2. власти будут предупреждены.

Это, извините, свобода собраний. Конституция.

Единственным внятным аргументом против гей-парада может быть только то соображение, что "в такой стране, как Россия, где много известно кого, не лучше ли не провоцировать зверей" и т.п.

Но это соображение принадлежит к области добровольных самоограничений и не может быть никому вменено юридически.

Говорить же о пошлости текста Костюченко или пошлости поведения Алексеева - есть, по-моему, пошлость, вполне перекрывающая первые две. И перекрывающая с лихвой.

Хотят - так пусть выступают.

текст


Написал рассказ.

Точнее, он сам себя написал, почти без всякого моего участия. Я вообще-то сочинял публицистический текст, эссе, в котором должны были быть fiction-фрагменты. Но, когда один из этих фрагментов сочинился, стало ясно, что никакой публицистический текст уже не нужен.
 
expert.ru/2011/05/12/na-beregu/

Прочтите, в общем.

ооо! ооооооо!


Wyradhe, один из самых прекрасных авторов в ЖЖ, пишет:

Поэтика Пастернака - лучше всего видна не в официально художественных текстах, а в письмах к родным, которые (письма, а не родные) тоже - художественные тексты. Вот замечательный образец. Бэкграунд: 1. Жена Пастернака Евгения Лурье гостит в Германии у сестры Пастернака Жозефины. 2. Пастернаку нравятся женщины крупные, Евгения Лурье сильно не дотягивает, что Пастернака ввергает в грусть. 3. По этой причине Пастернак просит свою сестру Жозефину основательно откормить Евгению Лурье, желательно на 10-15 кг. Что затруднялось тем, что Евгения Лурье есть не любила, и для достижения этой цели на нее приходилось бы сильно давить - о чем и просит сестру Пастернак.

Дело, казалось бы, простое, житейское. Но вот в какую неотмирную поэзию оно превращается под пером Пастернака:

"И однако вне зависимости от всего вышесказанного, у меня сердце сжимается от Жениной худобы. Ты не можешь себе представить, как это меня терзает. Ей не то, что надо поправиться. Она — не она, пока она худа! Это трудно сказать так, чтобы это не казалось шуткой и не вызывало возмущенья, но есть формы, в которых человек равен себе, как осуществленье, и эти формы различны для каждого. Мне, например, или Шуре, или папе можно без нравственного ущерба быть худыми. Не стану нагораживать примеров, — Женя нравственно искажена, пока она не прибавит пуда. Я не смеюсь, и в крайнем случае, ошибся фунтов на десять.

Жонечка! Поправляются же в санаториях! Неужели этого нельзя достигнуть. На своих детских и гимназических карточках и в моих воспоминаньях она круглее, душевнее, гармоничнее и туманней. В ее теперешней щуплости виноват я. Я вынужден говорить о внешности, потому что она прозрачна, и дает мне видеть корень ее горького, угловато подобранного, не-счастливого душевного облика, которого не было в замысле создателя, которым никогда она не была. Меня мучит мысль, что я ее иссушил, съел и выпил. Но ведь я совсем не вампир.

Умоляю тебя, когда ты немного освободишься, займись этим немного. Есть множество способов обойти ее возмутительное нежелание добра себе самой. Я знаю, эта упорно цепляющаяся за себя анемия, не желающая ни за что здоровья и отставляющая стакан с молоком или тарелку с яичницей, ужасно озлобляет, как всякое сопротивленье, мешающее тебе в чуде и в добре. Тогда ты перебарывай это чувство. И вообще, учреди, организуй это через прислугу".

Но Жозефина Пастернак презрела эту просьбу и не стала исправлять нравственную искаженность Евгении Лурье и творить чудо и добро, откармливая ее сама; не стала она также учреждать над Евгений Лурье соответствующий надзор прислуги. Так оно все искаженным и осталось.

Вообще надо сказать, что кто-кто, а родные Пастернака цену и характер его поэтики знали превосходно и знание свое от него даже и не особенно скрывали.

о русофобии; александр тимофеевский - егору холмогорову


Вот к этому:
 
holmogor.livejournal.com/4128877.html

Холмогорову

 Я не сомневаюсь в Вашей грусти, но констатируете Вы не точно. Сначала - Бог знает почему - назначили Смирнову знаком русофобии. Потом вот так расшифровали эту загадку: "Именно поэтому постмодернистская русофобия интеллигенции, спрятавшаяся за Гоголя, Кюстина и Герцена, в сто раз гаже любой сказанной в простоте мгновенной эмоции".

Сам ряд из Гоголя, Кюстина и Герцена, на мой взгляд, престранный, не знаю, кто сегодня за ним прячется, лет сто пятьдесят назад, не спорю, можно было обнаружить тьму достойнейшего народа, но та волна навеки схлынула, до дна обмелела. При этом понятно, какой мировоззренческий, психологический тип Вы имеете в виду - условного Диму Губина, беспрерывно плюющегося в рашку-говняшку. Этот обобщенный Губин может быть менее невежественным, чем так называющийся господин, менее хамским и даже менее простодушным, хотя в чтение им Кюстина и Герцена я все равно не верю. Но если выкинуть Кюстина, можно получить хорошо известную всем общность. И где здесь Смирнова? Люди эти Смирнову не любят гораздо более активно, чем даже Вас, Егор, - не буду вдаваться в подробности, поверьте на слово. И меня не любят, и ТТ. Чего нам их обсуждать? - давайте вернемся к Вашему ряду.

Как там у Вас сказано? Спрятавшись за Гоголем, Кюстином и Герценом? Это ведь Вы про Версилова написали, это он за ними прятался, Егор. Версилов - не русский? Вы отказываете в русскости любимому герою Федор Михалыча? Желание русского человека выйти из русскости вон, банальнейшее, почтеннейшее, описывалось Достоевским как самая что ни на есть национальная наша черта. Вы станете с этим спорить? А если нет, тогда с чем Вы спорите? С димойгубиным?

Есть темный дремучий планктон, в большинстве своем интересующийся только зарплатой. И есть родственная ему полуинтеллигенция, уже старенькая и седенькая, впавшая в рамолисмент, три-четыре музейных экспоната. И те, и другие числом не вышли. Но никто, кроме них, не отрицает, что Пушкин был патриотом и государственником. Никто, кроме них, не утверждает, что русская земля порождает одно крепостное право. Никто, кроме них, не сомневается, что и Сергием Радонежским и Нилом Сорским, и Серафимом Саровским, и полководцами, и живописцами, и поэтами можно и должно гордиться.

Но из этого не следует, что крепостного права не было вовсе.

Прекраснейшая пушкинская Татьяна и в самом деле - главный русский идеал. Но из этого не следует, что Ольга или Ленский, или Евгений Онегин - другого племени. Они - такие же русские. И Чацкий - русский, и Ноздрев, и Собакевич, и Плюшкин. И Чехов - очень русский писатель, и (о, ужас!) Салтыков-Щедрин. И Герцен, конечно же, и великий Гоголь, приплетенный Вами до кучи. И даже патер Печерин. Не только Иоанн Кронштадтский, но и Лесков, над ним насмехающийся. И Маркевич со Стасюлевичем, каждый по отдельности и, особенно, как пара. Я Вам больше того скажу. Французский пидор маркиз де Кюстин тоже русский, потому что навсегда - факт русской культуры, все в себя вбирающей, на все откликающейся. Она потому одна из самых великих в мире, что цветуще сложна и захватывающе многообразна, и решительно не сводится к сусальному васнецовско-нестеровскому модерну, в который Вы ее все время норовите втиснуть. Она - тридцать три богатыря, в чешуе златой горя, все красавцы молодые, великаны удалые, все равны, как на подбор. А Вы, выбрав из тридцати трех тринадцать богатырей, остальных забраковали: нерусь, вырусь. Как такое называется, Егор? Правильно: русофобия.

(прислано автором мне, поскольку дискуссия у Х. "проехала")

да. он говорил, что пишет о петрике книгу.


Как сообщает ИА «Росбалт», избитый журналист Олег Кашин встречался с Виктором Петриком и сделал ироничный материал «об этом коммерсанте, продвигающем свои фильтры для очистки воды с помощью партии “Единая Россия”». В суде, инициированном Виктором Петриком против ИА «Росбалт» и журналиста Евгения Зубарева, Олег Кашин по просьбе «Росбалта» собирался рассказать о том, как Петрик предлагал ему взять ампулу дорогого металла платиновой группы, осмия, стоимостью примерно 10 тысяч долларов, уточняет агентство.

Кроме того, в ходе переписки по электронной почте Кашин сообщил «Росбалту», что со стороны Петрика поступали угрозы в его адрес в процессе того интервью, и эта информация также должна была стать достоянием общественности на процессе, который проходит сейчас в Санкт-Петербурге, в Куйбышевском федеральном суде, пишет «Росбалт».

Как стало известно, в ходе процесса в Куйбышевском суде против Виктора Петрика уже дали показания три свидетеля, а Олег Кашин согласился стать четвёртым.

По информации «Росбалта», последнее заседание состоялось в понедельник, 8 ноября, но Кашин не смог дать там показания.

зачем живет такой человек


Разговоры про то, какой хороший был русский Newsweek, и как жалко, что он закрылся - какие-то, ей-Богу, дикие.

Журнал был абсолютно бессмысленный; хуже того, многие другие СМИ - ровно такие же. Но все делают вид, что они зачем-то нужны.

У "журналистики" есть три мотива: информационный, стилистический и литературный. Все они "понятны".

Можно рассказывать какую-то острую, неизвестную публике и даже скандальную новость, как Арам Ашотович Габрелянов, "МК" и, с другого края, "Коммерсант".

Можно создавать сказочный мир, в который хочет попасть читатель, и, мечтая об этом мире, читатель будет проглатывать рекламу. Это - "гламур".

Можно делиться с реальностью мыслями и словами. Это - литература, но в объемах и жанрах периодической прессы, от Ревзина и Быкова до Соколова и Горелова.

А где здесь Newsweek? Нигде.

Люди берут общеизвестную информацию и тупо пересказывают ее по американскому шаблону. В этом нет сенсации, нет сказки и нет литературы.

Зачем это делать?

Ответа нет.

антифашист иван костолом


Журнал "Знамя" напечатал повесть из жизни антифашистов, они же "красные скинхэды" -
 
magazines.russ.ru/znamia/2010/9/d9.html

Есть в этом, конечно, поверхностно-мерзкий момент: "ваши убийцы подлецы, наши убийцы молодцы". Вряд ли "Знамя" и Openspace, сочувственно отмечающий премьеру, так реагировали бы на книгу из жизни нацистов, то есть буквально тех же головорезов, но "за русских", а не "против фашистов". В этом случае, думаю, Чупринин, Морев и пр. гневно сказали бы, что это "гадость" и "ее хорошо бы запретить". А тут - все солидно, "феномен молодежной субкультуры, нуждающийся в осмыслении".

Сама проза - очень старомодная и вообще-то "производственная", только драки вместо станков. Этакая "контркультура" со всеми стандартными остановками, от кровищи и шприца до фрагментарного письма. Проза скорее персонажа, нежели автора, вроде бы в жанре молодого Лимонова ("Дневник неудачника" - между прочим, больше 30 лет уже прошло), но на самом деле смахивает на Бориса Савинкова. Савинков, однако, был куда более профессиональный литератор, нежели Dj Stalingrad. Но есть и симпатичные куски; отдельная интересная линия - бредово-христианская (тоже вполне савинковская, впрочем). Кто-нибудь вроде иеромонаха Григория (Лурье) сказал бы, что это православная повесть. Я этого, конечно, говорить не стану. 

Действительно же интересно одно. Вот живет антифашист Иван Костолом, он же "Федяй", он же Dj Stalingrad, неважно. Все у него по канону ЛДПР: простой, русский, бедный, спальные районы, футбол, кулаки. Ничего нет, кроме биологии, и еще социального муравейника, тоже безнадежно биологического - наши, ихние, вломил, получил, повязали. Он и мучается биологией, и дерется из-за нее же, и пишет о ней - вся книга только об этом. Но почему-то, по какой-то неизвестной причине он в этой необыкновенной простоты драме становится не на свою биологическую сторону. Живет как муравей, а воюет на стороне, например, тараканов. Он ведь, Иван Костолом, Сталинград, - не хача побил, а фашиста, он красный скинхэд, красный муравей, а не черный. Как же так вышло? Ведь по всем своим видовым и умственным чертам он обязан был бить тех, а не этих. А вот - жил и умер не за своего, за чужого.

Может, в этом и есть варварское, но - христианство?